О младенцах

И. 3. Семилетов (Вестник ДХМ 1928 г. №2)

«И я не мог говорить с вами, братья, как с духовными, но как с плотскими, как с младенцами во Христе». (1-е Кор. 3,1).

За отсутствием апостола Павла в Коринфской церкви про­изошла ссора, вражда и разделение. Причиной склоки по­служил еврейский обряд водного крещения. Когда до апостола Павла дошел слух о неприятностях в церкви, он написал им два вразумительных послания, в которых просит их:

«Умоляю вас братья именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделения и чтобы вы соединены были в одном духе и в одних мыслях. Ибо от домашних Хлоиных сделалось мне известным о вас, братия мои, что между вами есть споры. Я разумею то, что у вас говорят: «я Павлов»; «я Аполлосов»; «я Кифин»; «а я Христов». Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились? Благодарю Бога, что я никого из вас не крестил, кроме Криспа и Гаия, дабы не сказал кто, что я крестил в мое имя. Крестил я также Стефанов дом; а крестил ли еще кого, не знаю. Ибо Христос послал меня не крестить, а благовествовать, не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова. (1-е Кор. 1:10-17).

Коринфская церковь на заре своей юности обнаружила уклон в сторону обрядности, за которым идут в след вражда, ссора, разделение. От уклона на путь обрядности не удержал их ни Христос, именем которого в то время творились знамения и чудеса, ни сила Духа Святого, который обновлял и освящал духовное состояние человека. Предрассудки суеверия так глубоко пустили корни в сердце человека, несмотря на то, что человек является царем всей природы, добровольно отдает себя во власть обрядностей, и в ру­ках мертвой вещи становится жалким рабом.

Коринфяне под руководством ап. Павла, казалось, имели все небесные и благодатные средства для своего духовного роста, но непонятным для них путем они застряли в сетях обрядностей, так что из духовных стали плотскими, а из совершенных —младенцами.

Апостол Павел, желая излечить их недуг, как опытный ду­ховный врач старается удалить причину, через которую получи­лась болезнь, заявил им, что предмет их споров бесполезен, ибо Христос послал его не крестить, а благовествовать не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова.

Слова ап. Павла вполне заслуживают нашего внимания, в ко­торых мы должны разобраться и определенно сказать, правильно ли утверждал апостол, что его Христос не послал крестить, или он эти слова сказал не обдуманно.

Многие христиане, в особенности те, у которых до ныне не снято с духовных глаз покрывало Моисея, скажут, что апостолу Павлу некогда было крестить, так как на нем лежала обязанность благовествовать, а крестили другие лица. Такой ответ является не по существу вопроса. Если бы апостол Павел считал нужным вод­ное крещение, то он нашел бы время для совершения оного. Дело тут не в том, что апостолу Павлу было некогда крестить, а в том, что апостол не был Христом послан крестить. Последний пророк Иоанн был послан Богом крестить, он и крестил (Иоанн. 1:33). Из этого сравнения мы должны убедиться, что Иоанн исполнил волю Божию тем, что крестил, а апостол Павел исполнил волю Христа тем, что не крестил. Если бы апостол Павел считал за волю Божию крещение, то он не стал бы благодарить Бога за то, что никого не крестил, кроме Криспа и Гая и Стефанова дома. Ссылка на то, что Христос приказал одиннадцати апостолам крестить, и до­статочно, также не имеет под собой твердой почвы, потому что ап. Павел был  избран и поставлен на апостольское служение не чрез человека, но самим Иисусом Христом и Богом Отцом, воскре­сением Его из мертвых, и евангелие, которое он благовествовал, не есть человеческое, ибо он принял его и научился не чрез человека, но чрез откровение Иисуса Христа (Гал. 1:11-13). Значит, за справками, что апостол Павел был послан крестить, мы должны обратиться к первоначальной встрече апостола со  Христом. До своего обращения к вере Христа, апостол Павел был ревнитель за­кона и отческих преданий, он взял письма от светской и духовной властей, разрешающие ему гнать, вязать и убивать последователей учения Христа. На пути в Дамаск его осиял небесный свет, он упал, в это время явился ему лично Сам Христос и сказал: «Савл, Савл! что ты гонишь Меня? Трудно тебе идти против рожна. Я сказал: кто Ты, Господи? Он сказал: «Я Иисус, Которого ты гонишь. Но встань и стань на ноги твои; ибо Я для того и явился тебе, чтобы поставить тебя служителем и свидетелем того, что ты видел, и что Я открою тебе, избавляя тебя от народа Иудейского и от язычников, к которым Я теперь посылаю тебя открыть глаза им, чтобы они обратились от тьмы к свету и от власти сатаны к Богу, и верою в Меня получили прощение грехов и жребий с освященными». (Деян. 26:14-18).

После этих слов картина для нас становится ясной, и мы убеждаемся, что Христос действительно апостола Павла не послал крестить, а благовествовать. Предположение, что ап. Павел благовествовал, а другие лица совершали крещение, тоже не имеет под собой твердого основания, ибо апостол Павел создавал церковь самостоятельно. Из 15 гл. послания к Римлянам мы видим, что он при помощи чудес и знамений и силы Духа Святого распространил благовествование Христово от Иерусалима и окрестностей до Иллирика, и при том старался благовествовать не там, где уже было известно имя Господне, дабы не создать церкви на чужом осно­вании. На указанной территории ап. Павлом было основано множе­ство церквей, и все они не были ни обрезаны и не крещены водою. Пользуясь отсутствием ап. Павла, некоторые пришедшие из Иудеи учили братьев, если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись (Деян. 15:1), или вместо обрезания крестили водою во имя Христа или кого-либо из апостолов, вот почему получилось деление: я Павлов, я Кифин, я Аполлосов, а я Христов. Об, этих личностях апостол Павел упоминает в послании: «У вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов, я родил вас во Христе Иисусе благовествованием». Из наставников в особенности вредны были, как для церквей, так и для апостола Павла «из обрезанных», они своими иудейскими баснями и постановлениями людей отвра­щали от истины (Тит. 1:14). Кроме того, они замешаны были в шпионстве, скрытно приходили подсмотреть за свободою ап. Павла (Гал. 2:4) и доносили Иерусалимской церкви, что Павел не только учит язычников не соблюдать закон, но и иудеев, живущих между язычниками. Результаты этих доносов многократно ставили жизнь Павла на край могилы (Деян. 21:20-36).

Чтобы оградить церковь от лже-братьев и лже-апостолов, Павел был вынужден поставить по всем церквам пресвитеров, т.е. старцев, держащих истинное слово, согласно со здравым учением, чтобы они были сильны и могли  наставлять в здравом учении и противящихся обличать (Тит. 1:9).

По поводу того, какие должны быть пресвитера и в чем должны заключаться их обязанности, ап. Павлом написаны два послания, одно к Тимофею, а другое к Титу. Для нас поучительны эти послания в том отношении, что в них нет распоряжения от Павла пресвитерам, чтобы они вновь уверовавших членов принимали посредством крещения водой. Принятие в общину вновь пе­реходящих членов посредством водного крещения допускалось взамен обрезания, оно ввелось в действие с Вавилонского плена. (См. толкование на четыре евангелия Барсова).

Обряды для апостола Павла были не что иное, как игрушки, а увлекающиеся обрядами – младенцами. Взгляд этот выражен апо­столом в следующих словах: «И я не мог говорить с вами, братья как, с духовными, но как с плотскими, как с младенцами во Христе. Я питал вас молоком, но не твердой пищей, ибо вы были еще не в силах да и теперь не в силах». (1-е Кор. 3:1-2).

Сравнение обрядов с игрушками, а также спорящих об обрядах с младенцами очень удачное и поучительное для всех времен Христовой Церкви. Игрушки для детей существуют для забавы и увеселений; обряды в этом отношении имеют большое сходство, они до некоторой степени утешают и увеселяют тех, кто в них ве­рит, но спасти человека от греха и облагородить душу они, как мертвые предметы, не могут. Имея таковой взгляд на обряды апо­стол Павел и смотрел на Коринфянян как на младенцев, спорящих между собою об игрушках, служащих им забавой по их возрасту, и враждующих и ссорящихся за мелочи, за ничто, ибо незрелый возраст и слабость рассудка увеличивал важность мнимой истины. Малые дети всегда спокойны во время самых важных и печаль­ных происшествий, во время потери отцовского наследства и се­мейных расстройств, но чрезвычайно воспламеняются гневом тогда, когда похищают от них предметы мелочные, ничего незначащие, а только что увеселяющие младенчество их.

Черты детского сходства существуют налицо у обрядового христианства; они  всегда  бывают  покойны и равнодушны, когда вражда и ссоры расстраивают семейную братскую жизнь, когда грех во всех видах лишает вечного наследия Отца Небесного, но до чрезвычайности воспламеняются гневом, когда кто осмелится коснуться до святых обрядов. За святость обрядов не мало проли­лось братской крови, вспыхивали войны,   устраивались пытки, инквизиции, сажались в тюрьмы, заковались в кандалы и цепи.    Время идет. Тучи суеверия исчезают. Обряды готовятся к сдаче в архив древности. Человечество, освобожденное от детской одежды, быстрыми шагами пойдет от младенческого состояния к совершенному возрасту и по откровению Божию заговорит: «когда мы были младенцами, то по младенчески говорили, по  младенчески рассуждали, а как  стали мужами,  то оставили младенческое (1-е Кор. 13:11).

Так было с апостолом Павлом, так будет и с народом, оста­вившим детские забавы. Тогда исполнятся слова Христа, и будет одно стадо и один пастырь. Тогда закон будет один для всех — это возрастание в вере, любви и благодати. Тогда все будут стре­миться к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова. Доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного и в меру полного возраста Христова, дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человека, но хитрому искусству обольщения, но истинною любовью все воз­вращали в Того, Который есть глава, Христос. Аминь.