Какой пищей мы питаемся

В начале

Пища необходима для поддержания жизни человека. Когда Бог сотворил человека, Он предусмотрел источник питания для него. Вначале пищей для человека была «всякая трава, сеющая семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя» (Быт.1:29). Потом насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке и поместил там человека, которого создал.  И там произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи (Быт 2:8-9). Лишь плодами от дерева познания добра и зла, запретил Бог не только питаться, но, как сказала Ева, даже прикасаться к ним (Быт.3.3). Человек нарушил этот запрет, и тогда Бог закрывает для него доступ к плодам другого дерева —  дерева жизни, причём дело теперь не ограничивается запретом, но Бог изгоняет Адама из рая и ставит «на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни» (Быт.3:24).

Я не знаю, чем питались люди после изгнания из рая. Книга Бытие повествует, что сыновья Адама были один земледелец, а другой – пастырь овец, и это наводит на мысль о том, что после изгнания из рая вместе с растительной пищей люди стали употреблять животную: молоко и, вероятно, мясо. Если для жизни Адама в раю Бог Сам насадил сад и дал повеление о пище, то этого мы не видим после изгнания из рая. Возможно, человек был предоставлен сам себе, возможно, что повеление о пище было дано, но имеющиеся у нас Книги Писания не повествуют об этом. Известно лишь, что ко времени перед потопом люди различали животных на чистых и нечистых (Быт.7:2). Известно также, что Авель в дар Господу «принес от первородных стада своего и от тука их» (Быт.4:4). Это свидетельствует о том, что Авель способен был умерщвлять животных, которых пас, и, скорее всего, уже семейство Адама начало питаться мясом. Откуда люди научились различать животных на чистых и нечистых и по каким признакам, доподлинно не известно. Возможно, что закон о пище, который был дан значительно позже, лишь закреплял то, что было известно изначала и передавалось по поколениям.

Впоследствии через Моисея Бог дал сынам Израиля повеления о пище (Лев.11гл.), это стало законом, который ревностные исполнители закона соблюдали, и даже не щадили своей жизни, чтобы не оскверниться нечистой пищей (1Макк.1:62-63).

Старайтесь не о пище тленной

Впрочем, как ни важна материальная пища для жизни тела, и как ни важно разбираться, что потребно для пищи, а что нет, моё желание обратить наше внимание на духовную пищу, которая даёт духовную жизнь и поддерживает её.

Все четыре евангелиста повествуют о чуде насыщения хлебами большого количества народа (Матф.14:15-21, Матф.15:32-38, Мар.6:35-44,  Мар.8:1-9, Лук.9:12-17, Иоан.6:5-15). Один раз около пяти тысяч человек, не считая женщин и детей, было насыщено пятью хлебами и двумя рыбами. Когда собрали оставшееся, то оказалось двенадцать коробов полных. Другой раз, как повествуют об этом Матфей и Марк, было около четырёх тысяч человек, опять же, не считая женщин и детей, и по повелению Иисуса их накормили семью хлебами и небольшим количеством рыбок, собрав оставшихся кусков семь корзин. Как в одном, так и в другом случае Иисус Христос позаботился о том, чтобы насытить материальным хлебом народ. Сжалившись, Он не хотел, чтобы люди пошли покупать себе пищу в окрестных селениях и ослабли в дороге. На первый взгляд кажется, что чудеса относятся лишь к материальному насыщению.  Однако, этот первый взгляд развеивают сами евангелисты дальнейшим повествованием.

После того, как Иисус проповедовал у моря Галилейского и совершил там насыщение народа семью хлебами, Он переправился с учениками на другую сторону. Ученики забыли взять хлеба, и когда Иисус начал предостерегать их, чтобы они берегли себя от закваски фарисейской и саддукейской, они почему-то подумали, что Иисус упрекает их в том, что они не взяли хлеба. Тогда Иисус напоминает им о чудесах насыщения, и говорит об их маловерии. И лишь после этого они понимают, что Иисус говорит не о закваске хлебной, а об учении фарисейском и саддукейском. Уже это наводит на мысль о том, что в чудесах насыщения заложен духовный смысл. Но ещё точнее об этом говорит Иисус народу, который искал Иисуса по другую сторону моря Галилейского.

Иоанн. 6:26-27. Иисус сказал им в ответ: истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились. Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий, ибо на Нем положил печать [Свою] Отец, Бог.

Этот призыв «стараться» можно понимать в широком смысле. То есть, когда Иисус творил чудо, то нужно видеть духовным зрением это чудо, и стремиться усматривать и усвоить духовный смысл, который вкладывал Спаситель. Это относится и к первому чуду, когда в Кане Галилейской Господь претворил воду в вино, и к чудесам исцеления, и к чудесам воскресения, и к другим чудесам. Применительно же к насыщению хлебами духовный смысл чуда виден и в прообразах, и в том, какой урок преподаёт нам Иисус.

Что же это за «пища тленная» и что за «пища, пребывающая в жизнь вечную», которую даст Сын Человеческий? Пища тленная, вроде бы, понятна. Если не отходить от конкретной обстановки совершения чудес насыщения и того, почему народ искал Иисуса, под тленной пищей понимается материальная пища. Действительно, как повествует Иоанн, «люди, видевшие чудо, сотворенное Иисусом, сказали: это истинно Тот Пророк, Которому должно прийти в мир. Иисус же, узнав, что хотят прийти, нечаянно взять его и сделать царем, опять удалился на гору один» (Иоанн. 6:15-16). Народ, узнавши о том, что Этот Пророк может накормить большое количество народа, усмотрел в Нём материальную выгоду. Как хорошо! При таком царе можно, не работая, есть хлеб досыта! Чудо, сотворённое Иисусом, народ не видел духовными очами, а ощущал животом, и какой же ещё урок мог он получить!

О том, что есть пища, пребывающая в жизнь вечную, Иисус говорит тут же, в беседе с народом. В этой беседе важно каждое слово, поэтому привожу здесь довольно большой фрагмент:

Иоанн. 6:28-40. 28 Итак сказали Ему: что нам делать, чтобы творить дела Божии? 29 Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал. 30 На это сказали Ему: какое же Ты дашь знамение, чтобы мы увидели и поверили Тебе? что Ты делаешь? 31 Отцы наши ели манну в пустыне, как написано: хлеб с неба дал им есть. 32 Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: не Моисей дал вам хлеб с неба, а Отец Мой дает вам истинный хлеб с небес. 33 Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру. 34 На это сказали Ему: Господи! подавай нам всегда такой хлеб. 35 Иисус же сказал им: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда. 36 Но Я сказал вам, что вы и видели Меня, и не веруете. 37 Все, что дает Мне Отец, ко Мне придет; и приходящего ко Мне не изгоню вон, 38 ибо Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца. 39 Воля же пославшего Меня Отца есть та, чтобы из того, что Он Мне дал, ничего не погубить, но все то воскресить в последний день. 40 Воля Пославшего Меня есть та, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день.

Иисус соединяет тему о хлебе с верой, творением дел Божиих и жизнью вечной. И в связи с этим уместно вспомнить Его беседу с учениками незадолго до того.

Иоанн. 4:31-34. Между тем ученики просили Его, говоря: Равви! ешь. 32 Но Он сказал им: у Меня есть пища, которой вы не знаете. 33 Посему ученики говорили между собою: разве кто принес Ему есть? 34 Иисус говорит им: Моя пища есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его.

А ещё раньше, когда Иисус был возведён Духом в пустыню для искушения от диавола и там постился, «приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами.  Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих» (Матф.4:3-4).

Сопоставляя приведённые тексты, видим, что воедино соединены хлеб, сошедший с небес, творение воли Божией и Слово, исходящее из уст Божиих. Воля Божия с начала творения осуществлялась через Слово. «И сказал Бог… — … и стало так» (Быт. 1:3,6,9,11,14,20,24,26).

Иоанн. 1-4. В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. 2 Оно было в начале у Бога. 3 Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. 4 В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.

Далее евангелист повествует: «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины» (Иоанн. 1-14).

Вот почему «не Моисей дал хлеб с неба, а Отец даёт истинный хлеб с небес.  Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру». Этим истинным хлебом питался Сын Человеческий Иисус Христос, и Он же, как Сын Божий, как воплощённое Слово Божие есть хлеб, сошедший с небес, выполняющий волю Божию, состоящую в том «чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную» (Иоан.6:40).

Стараемся ли мы об этой пище, или нам больше по душе пища тленная? И какой смысл вкладывал Иисус в слово «старайтесь»? Когда мы читаем это слово в фразе «старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную», то на поверхности лежит значение «стремитесь». Конечно, стремиться мы должны, но значение слова «старайтесь» другое. Переведённое словом «старайтесь» греческое слово источника εργαςομαι имеет следующие значения: работать, трудиться, производить, вырабатывать, делать, творить, совершать, зарабатывать, наживать (трудом) (Словарь Стронга). Да и русское слово «старайтесь» означает не только стремление, но и усердие в деятельности. Поэтому здесь имеется в виду не столько стремление и желание, сколько творчество, работа. Причём, не работа над Библией только, чтобы изучить и понять, но работа над познанием воли Божией и воплощение этой воли в нас, и в окружающих нас.

Когда наступает голод

Итак, Отец Небесный даёт истинный хлеб с небес, а хлеб этот в свою очередь даёт жизнь миру. Но по причине голода не всегда хлеб этот, как и хлеб материальный, доступен человеку. Есть несколько примеров в Библии, когда люди испытывали голод и я хотел бы обратить наше внимание на то, как люди противостояли голоду, какие усилия предпринимали для того, чтобы выжить.

В начале книги Руфь повествуется о семье некоего Елимелеха.

Руфь 1:1-5. 1 В те дни, когда управляли судьи, случился голод на земле. И пошел один человек из Вифлеема Иудейского со своею женою и двумя сыновьями своими жить на полях Моавитских. 2 Имя человека того Елимелех, имя жены его Ноеминь, а имена двух сынов его Махлон и Хилеон; [они были] Ефрафяне из Вифлеема Иудейского. И пришли они на поля Моавитские и остались там. 3 И умер Елимелех, муж Ноемини, и осталась она с двумя сыновьями своими. 4 Они взяли себе жен из Моавитянок, имя одной Орфа, а имя другой Руфь, и жили там около десяти лет. 5 Но потом и оба [сына ее], Махлон и Хилеон, умерли, и осталась та женщина после обоих своих сыновей и после мужа своего.

Всего пять стихов. Но в этих пяти стихах трагическая судьба семьи человека, который по причине голода спасался в земле Моавитской и умер там и два сына его. А не то же ли происходит с нами, когда мы по причине духовного голода ищем пищу «на полях Моавитских»? Там мы «отвешиваем серебро за то, что не хлеб, и трудовое свое за то, что не насыщает» (Ис.55:2). Спасшись от духовного голода таким образом, мы платим за это жизнью.

Впрочем, Бог Свою волю совершает и в этом. Ноеминь, жена Елимелеха, возвращается с Руфью, своей снохой, в землю отцов, и Бог посылает им Своё благословение.

Иаков переселился в Египет тоже по причине голода. Разница в том, что Иакова Бог Сам направляет в Египет, чтобы там произвести от него народ великий. Бог Сам обещает пойти с ним в Египет и вывести обратно. Тем не менее. В Египте народ Израильский, произошедший от Иакова, попадает в рабство, унижение, жесточайшую эксплуатацию, и если бы не то, что с израильтянами был Сам Бог, в лучшем случае они остались бы в рабстве, в худшем – уничтожены (Быт.42-50гл.,Исход 1гл.).

В связи с этим уместно вспомнить о том, что и Авраам, и Исаак прежде Иакова по причине голода искали спасения в Египте и Гераре. Но как в одном, так и в другом случае Господь был с ними, и они не только выжили, но обогатились. Хотя они шли в землю, где сильно опасались за свою жизнь, и даже жён своих выдавали за своих сестёр, Бог защитил их. И не просто защитил, но благословил, так что богатство их весьма умножилось (Быт.12:10-20; Быт.26:1-13).

Другое дело, с блудным сыном, о котором рассказал Иисус Христос. Младший сын, получив часть имения, ушёл от отца своего, расточил имение, и в стране, куда он ушёл от отца, настал великий голод.  Там он пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней. И он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему (Лук.15:11-32). Ни о каком умножении богатства, конечно, не могло быть и речи. Но блудный сын в отчаянии восклицает: «Сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода».

Из приведённых примеров мы можем понять, что духовный голод не следует утолять там, где нет Бога. Это вовсе не означает, что мы должны полностью отказаться от того, чем мы питаем наш мозг и душу в этом мире. Я думаю, что, когда христианин учится в учебном заведении, он обогащается не только знаниями, но может обогатиться и духовно, если Господь будет с ним. Но не надо обольщать себя ложными надеждами, когда в поисках духовной пищи мы идём туда, куда, заведомо знаем, Господь не пойдёт с нами.

Нам опротивела эта негодная пища

Господь вывел Свой народ из Египетского рабства, но не ввёл сразу в обетованную землю, где «течёт молоко и мёд» (Исх.3:8), а сорок лет водил по пустыне. Через месяц по выходе из Египта Израильтяне получили хлеб с неба, который они назвали манной. Этот хлеб был дан не единовременно, но на протяжении всего странствования по пустыне он кормил народ Божий (Исход 16гл.).  Эта пища особая, и надобно было бы подробно разобрать её значение и свойства. Но здесь я остановлюсь лишь на том, что, по моему мнению, впрямую относится к теме настоящей статьи. Манна была, как кориандровое семя, белая, вкусом же как лепешка с медом (Исх.16:31), она была подобна кориандровому семени, видом, как бдолах; народ ходил и собирал ее, и молол в жерновах или толок в ступе, и варил в котле, и делал из нее лепешки; вкус же ее подобен был вкусу лепешек с елеем (Чис.11:7-8). Вкусная пища, не так ли? Но вкус сладкого надоедает. Хочется разнообразия: огурцов, дынь, лука, чеснока (Чис.11:5). И народ ропщет: «нет ни хлеба, ни воды, и душе нашей опротивела эта негодная пища» (Чис.21:5). Так, вместо благодарности за хлеб с неба, Бог получает то, что в Библии названо: «и говорил народ против Бога и против Моисея» (там же). Так естественная потребность разнообразия в пище приводит к ропоту, недовольству и к тому, что хлеб, сошедший с небес, называется «негодной пищей», пищей, которая «опротивела»!

Господь даёт нам истинный хлеб с небес – Слово Своё (Иоан.6:32, 51, Иоан.1:14). Но каково наше отношение к этому хлебу? «Слово Твое весьма чисто, и раб Твой возлюбил его» (Пс.118:140), – так псалмопевец говорит о себе. Можем ли мы с такой же уверенностью сказать и о себе то же? Сладки ли для нас слова Господа (Пс.118:103), или нам надоела, если не сказать хуже – опротивела эта пища?

Свой хлеб будем есть

«И ухватятся семь женщин за одного мужчину в тот день, и скажут: «свой хлеб будем есть и свою одежду будем носить, только пусть будем называться твоим именем, – сними с нас позор»» (Исаия 4:1). Называясь христианами, мы тем самым принимаем на себя имя Христа. Но чем мы питаемся и во что одеваемся? Питаемся ли мы тем хлебом, который дает Отец Небесный (Иоан.6:32), и одеваемся ли в белую одежду праведности, которую Он даёт (Откр.3:18), или мы предпочитаем есть свой хлеб и носить свою одежду, лишь формально называясь именем Христовым? Христианин это тот, кто пребывает во Христе, кто живёт Христом и в ком живёт Христос. Христианин соединён со Христом и ест не свой хлеб, а хлеб, сошедший с небес. Христианин носит не свою одежду праведности, а одевается в одежду праведности Христа. Но это узкий и тернистый путь, и мы стараемся для себя облегчить его. Нам хочется и христианами быть, и от своих греховных привычек не отказываться. И не замечаем, что этот облегчённый путь уже не путь Христа, а наш путь. При этом внешность мы обустраиваем, пытаясь этим убедить себя и других в том, что мы – христиане, иногда и больше, – самые правильные христиане. Сколько в мире христианских конфессий, в большей или меньшей мере отличающихся друг от друга учениями! При всём том исполнение заповедей Христовых объединяет всех в одну семью Христиан, если только Слово Божие, а не наши конфессиональные учения являются нашей пищей. Увы! Заповеди Христовы, которые возрождают к жизни вечной, мы подменяем обрядами и учениями человеческими. Называем их «таинствами», «заповедями Господними», полагаемся на их «спасающую силу». Свой хлеб будем есть, только пусть будем называться именем Твоим…

Не значит вкушать вечерю Господню.

«Далее, вы собираетесь, [так, что это] не значит вкушать вечерю Господню; ибо всякий поспешает прежде [других] есть свою пищу, [так] [что] иной бывает голоден, а иной упивается» (1Кор.11:20-21). «Как же так»? – могли бы сказать Коринфяне, – «мы же собираемся на трапезу в память Господа. Почему же это – не вечеря Господня?» И Павел разъясняет: «23 Ибо я от [Самого] Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб 24 и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. 25 Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. 26 Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет. 27 Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. 28 Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. 29 Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. 30 От того многие из вас немощны и больны и немало умирает. 31 Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы. 32 Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром» (1Кор.11:23-32).

Приведённый фрагмент Первого Послания к Коринфянам обычно читают на преломлении хлеба в церквах, где это принято делать. Но рассматривать этот фрагмент надо не оторвано от всего текста одиннадцатой главы, иначе мы впадаем в ошибку понимания таких слов, как: «да испытывает», «есть хлеб или пить чашу недостойно». Когда коринфяне собирались на то, что считали «Вечерей Господней», каждый «поспешал есть свою пищу» (ст.21). А есть-то надо было не свою пищу, но Тело Господнее! Это и есть «недостойное» принятие пищи, когда мы вместо хлеба, сошедшего с небес, вкушаем свою пищу, «не рассуждая о Теле Господнем». Слово, ставшее плотью и оформившееся в Теле, судит нас, учит нас, направляет на путь жизни, и даёт жизнь. Но если мы предпочитаем «свою пищу», мы едим и пьём осуждение себе. Как коринфяне подменили хлеб, сошедший с небес, своим хлебом? Они собирались не затем, чтобы насытиться небесным хлебом, а приносили с собой свой хлеб и поспешали есть его.

Мы можем по-разному подменять небесный хлеб своим хлебом. Когда прихожанам подают материальный хлеб, утверждая, что этот хлеб верою и чудесным образом «переосуществляется» в Тело Христово, можно с уверенностью сказать о том, что никакого пресуществле́ния не происходит, и прихожане едят обычный хлеб. Этот хлеб не может дать жизни духовной. Подобно любой пище, он усваивается материальным телом и поддерживает жизнь только материального тела. Хлеб же, сошедший с небес, это воплощённое Слово Божие, которое, ставши плотью, составляет Тело Христово. Вкушать его – значит намного больше, чем подменить Тело материальным хлебом. Вкушать его – значит взять от Самого Господа тот хлеб, который Он преломляет для нас (а Он преломляет Тело Своё) и вкусить его.

Но не только такая подмена практикуется в среде христиан. Мне приходилось слышать от братьев, которым не предложили спеть на собрании такое: «Я ушёл голодным!» Почему? Разве на собрании не читалось Слово Божие, разве другие не пели и разве кому-то запрещалось петь вместе? Нет. Ушёл голодным потому, что не предложили спеть самому. Поспешаем «есть свою пищу». А разве редкость, когда за столами при общей трапезе стоит шум от того, что каждый из нас «поспешает есть свою пищу»: кто делится с соседом новостью, кто спорит по какому-то духовному вопросу, а кто и вообще о чём-то постороннем разговаривает. А когда мы разбираем какой-то духовный вопрос и делимся своими пониманиями Писания, разве редкость, когда мы не ждём друг друга, но каждый «поспешает есть свою пищу», пытаясь доказать своё и не слушая других. И так далее, и тому подобное… Нет, дорогие мои, давайте стараться исполнять то, что советует нам Павел: «друг друга ждите» (ст. 33).

Заключение.

В заключение я снова привожу те вопросы, которые задавал по ходу повествования, чтобы каждый из нас задал их себе и просил Господа: «Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня и узнай помышления мои; и зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный».

  • Стараемся ли мы пище, дающей жизнь вечную, или нам больше по душе пища тленная?
  • Как мы утоляем духовный голод? Не стремимся ли мы «на поля Моавитские», думая, что там найдём потребную для нашей души пищу?
  • Каково наше отношение к духовному хлебу? Можем ли мы с уверенностью сказать и о себе так, как псалмопевец: «Слово Твое весьма чисто, и раб Твой возлюбил его» (Пс.118:140)?
  • Сладки ли для нас слова Господа (Пс.118:103), или нам надоела, если не сказать хуже – опротивела эта пища?
  • Едим ли мы хлеб Господень, или мы предпочитаем есть свой хлеб?
  • Не подменяем ли мы хлеб, сошедший с небес, своим хлебом, и не поспешаем ли есть свою пищу?

Сергей Петров. Тамбов 2015 год.